?

Log in

No account? Create an account
Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
chervonec_001

Результат действий сирийской ПВО по целям - 71 из 103 сбито. Ещё часть где-то по дороге потерялись

По данным Генштаба, сирийская ПВО перехватила 71 крылатую ракету западной коалиции

Западные страны применили в Сирии 103 ракеты, в том числе «Томагавк», сообщил начальник Главного оперативного управления Генштаба Вооруженных сил России генерал-полковник Сергей Рудской.



Российские силы противовоздушной обороны были переведены в боевой режим работы. Системы ПВО на базах Хмеймим и Тартус следили за пусками крылатых ракет как с морских, так и с воздушных носителей США и Великобритании. Истребительная авиация осуществляет дежурство в воздухе.

По предварительным данным, жертвами нападения стали трое мирных В Хомсе. Среди военнослужащих сирийской армии потерь нет.



При этом в ходе американских ударов по Сирии состоялось первое боевое применение американских высокоточных крылатых ракет класса «воздух - поверхность» AGM-158 JASSM, сообщают западные СМИ со ссылкой на источники.

Очень высокая эффективность ПВО, некоторые системы которой (С-125, С-200, «Бук» и «Квадрат») приняты на вооружение ещё при СССР, в 1983 г. Вместо "умных" ракет, все увидели умное ПВО, и возраст ему не помеха.

Как утверждает Генштаб ВС РФ, участие Франции в ударах не обнаружено, хотя французы за утро успели показать два высокохудожественных видеоролика с подготовкой к ракетным ударам.

"Аль Маздар" пишет, сирийские повстанцы/террористы не удовлетворены ударами коалиции и назвали их фарсом
Единственной значимой победой коалиции можно назвать попадание в здание НИИ в Барзех. Уничтожена университетская общага и классные комнаты.



Рудской отметил, что что перехват западных ракет сирийскими ПВО свидетельствует о высокой выучке военных арабской республики и что ракетный удар по Сирии стал ответом на успехи страны в борьбе с терроризмом.

Целями удара были, в том числе, и авиационные базы сирийских ВВС. Данные объективного контроля говорят о следующем:
- по аэродрому Дювали в ударе участвовало четыре ракеты — все сбиты.
- по аэродрому Думейр — 12 ракет, все сбиты.
- по аэродрому Блэй — 18 ракет, все сбиты.
- по аэродрому Шайрат — 12 ракет, все сбиты.

Эти аэродромы не пострадали.

- из девяти ракет, запущенных по неиспользуемому аэродрому Меззе, сбито пять
- из 16 ракет, выпущенных по аэродрому Хомс, уничтожено 13, при этом серьезных разрушений не наблюдается.
- населенные пункты Бардзи и Джерамани - 7 из 30



Работа систем ПВО над Дамаском после ударов США по Сирии


Башар Асад приходит утром на работу


CNN долго обходили вниманием брифинг МО РФ по Сирии, и наконец-то родили следующее:

Assad will see airstrikes as major victory
Analysis from CNN's Frederik Pleitgen
The overnight airstrikes against Syrian targets by the US and its allies will be seen as a major victory for Syrian president Bashar Al Assad -- and his military. The Syrian presidency posted a video on Twitter of Assad casually walking to work in the morning. Syria claims to have shot down many of the missiles that targeted Damascus and the alleged chemical storage facilities near Homs. Meanwhile, Russia appears to be taunting the US, saying the President Trump's "smart" and shiny missiles were taken down by the Syrian military using weapons developed in the USSR in the 1970s. So far, these strikes do not appear to have depleted the conventional capabilities of the Syrian army.


Коротко говоря, ночная атака НАТО обернулась победой Асада, а российское МО откровенно издевается, говоря об уничтожении древними советскими ПВО новейших западных ракет.


Напомню, по заявлению главы Пентагона Меттиса в ударе было использовано "Немного более чем в два раза больше ракет" по сравнению с прошлогодним Шайратом, когда, напомню, американцы выпустили 59 "Топоров". То есть как минимум сегодня ночью в атаке участвовало как минимум 120 ракет. Простая математика показывает, что как минимум 17 ракет где-то "заблудилось".

Таким образом из 120 ракет выпущенной коалицией цели достигли лишь 32, поразив цели в основном на задворках или на неиспользуемых объектах, которые прикрывать смысла не было.

В данном случае, по сути ситуацию для Сирии разрядили ценой одного-двух сараев.
Теперь русские пополнят сирийцам боекомплект для ПВО, поставят комплексы поновее, ну и новый сарай при необходимости построят.

И новость часа - Россия может вернуться к рассмотрению вопроса о поставках С-300 в Сирию



Последние записи в журнале


Buy for 190 tokens
На фоне атак нефтяных заводов Saudi Aramco на востоке Саудовской Аравии беспилотниками хуситов, Владимир Путин предложил Саудовской Аравии закупить российские зенитно-ракетные комплексы С-300 или С-400, чтобы та смогла обеспечить безопасность своей территории. Нападение хуситских дронов на…

  • 1
https://www.reuters.com/article/us-apps-russia-commentary/commentary-in-syria-strike-the-real-danger-is-russia-idUSKBN1HK2JI
Commentary
April 13, 2018 / 5:42 PM / 2 days ago

Commentary: In Syria strike, the real danger is Russia


Peter Apps

In deciding whether and how to strike Syrian government installations following last week’s chemical weapons attack, the U.S. military might once have focused on inflicting real damage on Syrian President Bashar al-Assad’s rule. Instead, through simple but ruthless plotting, Vladimir Putin has made this crisis – like so many others these days – all about Russia.

Much like President Barack Obama after an earlier, larger chemical strike in the Damascus suburbs in August 2013, President Donald Trump’s administration finds itself trapped by its own rhetoric. Like their predecessors, Trump administration officials are learning that prolonging their deliberations over a course of action makes physically taking it politically and militarily harder – and perhaps even pointless.

Predictably, Syrian government forces have reportedly moved into positions as close as possible to their Russian counterparts, betting – probably correctly – that the United States will be desperate to avoid hitting them. Even a significantly larger strike than the one Trump launched last year will do little to change the war on the ground. Assad has already all but won the six-year war, and has continued to entrench his position this week.

The Trump administration avoided this problem in the April 7, 2017 strikes by acting quickly – although that action, which Russia was warned of with very short notice, was also largely symbolic. Its planning was heavily the work of then-National Security Advisor H.R. McMaster. Last week’s attack on the rebel-held town of Douma, came just as John Bolton took over McMaster’s role, so the response has been slower and the administration more openly divided.

Both action and inaction now bring the risk of playing into Russia’s hands. The sheer level of force the United States has moved to the Mediterranean – with the aircraft carrier USS Harry S Truman sailing from Norfolk, Virginia last week – is a potent reminder that Washington’s military clout and reach still far eclipses Putin’s. The fact that it was necessary to take such a step, however, is also an unmistakable sign of weakness.

The most likely scenario remains a limited U.S. strike with no Russian conventional military retaliation. If Putin does respond, it is more likely to be in a more ambiguous way, such as by stepping up his war in Western-allied Ukraine. Still, Moscow clearly wants the United States and its allies to remember just how much damage it could do if it wished.

Ironically, a Russian-U.S. deal remains the best hope of stopping the escalating confrontation within Syria between Iran and Israel. Israel has stepped up attacks on what it believes are Iranian targets within the country, while Tehran is seen increasingly encouraging its local proxies – particularly Hamas and Hezbollah – to target the Jewish state. To talk, however, Moscow and Washington must stabilize this standoff – and for now, signs point the other way.

Russia’s post-2015 military interventions in Syria, like its actions in Ukraine the previous year and in Georgia in 2008, have been a master class in how to achieve significant strategic effect with relatively few forces. In facing down its enemies – which now clearly include the United States and NATO – Moscow has always relied on the threat of its larger military clout, particularly nuclear force. On the Syria front over the last week, Russian officials have openly raised the threat of war between the nuclear superpowers, an unmistakable attempt to stop the West from acting.

Russia understands that any discussion of chemical weapons and classified evidence is likely to remind Western leaders – and electorates – of the incorrect intelligence on weapons of mass destruction that was used to justify the invasion of Iraq. Its online and broadcast outlets have been making such comparisons relentlessly, a sign of how central information warfare has become to Russia’s wider strategy.

(продолжение следует)

  • 1