?

Log in

No account? Create an account
Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
chervonec_001

Польский Ту-154 падает уже 300 серий подряд...

Генеральная прокуратура Польши обвиняет российских диспетчеров и "третье лицо" в умышленном провоцировании авиакатастрофы самолета Ту-154 президента Леха Качиньского в Смоленске.

В Кремле в свою очередь заявили, что "соглашаться с такими выводами не представляется возможным". Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков напомнил, что этим делом занимаются и российские следственные органы, а обстоятельства катастрофы уже достаточно серьезно исследованы. "Работа будет продолжаться", — сказал он журналистам.



«Третье лицо», тут и гадать не надо, --- это понятное дело сам Путин лично.

Прошло 7 лет. Поляки что-то высосали из пальца.

Сначала поляки говорили, что русские спланировали катастрофу под Смоленском: заложили бомбу, нагнали тумана, отключили аэронавигационное оборудование аэродрома. Теперь, оказывается, диспетчеры виноваты. Которые изначально предлагали лететь польскому борту с высокопоставленными чиновниками на запасной аэродром.

Где они были со своими претензиями все это время? Зачем они опять напоминают некрасивую для Польши ситуацию о том, что их в дупель бухое руководство не дало своим пилотам выполнить требования диспетчеров?

Трагедия, сочувствуем. Но диспетчеры тут не причем, расшифровка эта давно болтается в инете. Или на записи диспетчера  "условия хреновые летите на другой аэродром" сказали полякам с какой-то "хитрой интонацией" и поэтому они не поверили и попытались сесть?


Действия российских авиадиспетчеров полностью соответствовали обстановке, что доказано соответствующими экспертизами...

Полякам бы проще (да и логичнее) выдвинуть обвинения:
- против русского тумана (в какой они попали при посадке);
- против русской березы (в какую врезались);
- против России за, то что сделали самолет Ту-154 и построили мемориал в Смоленске, на открытие которого пришлось лететь польскому президенту с гопкомпанией.

Окончательное решение, о посадке принимается пилотами, это правило.
Заходили по радиовысотомеру, искали землю визуально - надеялись опуститься ниже уровня облачности. А там перед ВПП овраг идет, поперек, и уровень земли к началу ВПП поднимается.
Они опустились над оврагом НИЖЕ УРОВНЯ ВПП, после чего и начали стричь деревья. Но они даже и на ВПП не выходили, вышли сбоку от нее.

"Из записи следует, что один из пассажиров требовал посадить борт, несмотря на возражения пилота."
И этим пассажиром был, - министр обороны Польши. Пьяный - в стельку. Так что, - все претензии - к нему. Диспетчера четко экипажу сказали, что условия для посадки ниже минимума. А по внутренней связи тоже было четко слышно как генерал-поляк давил на польских пилотов "...садитесь, садитесь, до вас русские сели, а вы что хуже русских?.."

Кроме того, попытки давления на экипаж оказывал глава протокола польского МИД, который сказал капитану: «Мы будем пытаться (совершить посадку), пока не получится» за 15 минут до крушения самолета.

Качиньский еще в 2008 попытался как-то управлять командиром экипажа (см. Википедию), но тот на ...  Президента послал. Все остались живы, но, видно, на роду у этого Качиньского написано грохнутся от собственной глупости и чванливости.

Полякам досадно, что никак не удаётся обвинить Россию в собственных высокомерии и глупости, приведших к гибели почти всего высшего руководства Польши. Как же им не хочется признавать свою вину. А факты против.

Причины давно установлены, только поляки никак не могут принять эти причины. Ибо самолюбие уязвлено если принять их за истину.


Наши отношения с Польшей заходили в тупик еще со времен Ивана Сусанина...

В 1943 году в авиакатастрофе в Гибралтаре погиб тогдашний премьер-министр польского правительства в изгнании генерал Сикорский. Поляки сразу заявили: "недалеко стоял самолет советского посла! Подозреваем!!!"

Прошло 70 лет. До сих пор Институт Национальной Памяти в Польше проводит расследование, ищут кто убил генерала Сикорского. Уже десятки экспертиз, расследований. А русского следа (сюрприз, однако) все нет. Следствие до сих пор продолжается...

Похоже в данном случае следствие будет идти еще дольше. Пока весь мир не забудет пьяный голос постороннего лица в кабине пилотов. Пока не смогут добиться обвинения России. На правду им глубоко.... Плевать. Скажем так.

У Запада есть кодекс который гласит:
1. Если что-то случилось, значит виноваты русские.
2. Если ты облажался сам, то смотри п.1.

И вот так они живут уже более 100 лет. У них мозги по другому не работают уже. Все по шаблону.

Интересно, когда мы услышим это?
ВАЖНО: Госдеп США официально предъявил РФ обвинение в варварских бомбардировках японских городов Хиросима и Нагасаки.


А это под катом, кому интересно, история того полета

[=== Как поляки на рожон пошли ===]
Пролетев Минск, экипаж весело переговаривался. Рейс протекал без проблем, и летчики явно расслабились, предвкушая скорую посадку. Пилоты обменивались как короткими репликами, имеющими сугубо технический характер, так и откровенно личными замечаниями, понятными только им.

В 10 часов 09 минут штурман попросил у командира карту. Спросил о процедyре, связанной с предстоящим приземлением. Командир ответил, что она "еще неизвестна". Второй пилот пояснил: посадочные данные только "частично записаны". "Что с топливом", - продолжал расспрашивать штурман. "Около 11 тонн на посадку", - спокойно отвечал второй пилот. На часах было 10.10. До катастрофы оставалась 31 минута.

Командир корабля определил курс полосы - 259. В этот момент прозвучал первый "тревожный звонок". Странная, казалось бы, не имевшая отношения к предыдущему разговору реплика второго пилота: "Ну земля видна, что-то видно, может, не будет ничего страшного". Но никто не поддержал тему предстоящей посадки. Члены экипажа стали обсуждать погоду в Смоленске. На стенограмме много раз повторяется слово "холодно".

В 10.14 диспетчер сообщил на английском языке борту 101 данные по Смоленску: "Видимость 400 метров".

В 10.17 первые признаки тревоги появились у командира: "Плохо, появился туман, неизвестно, сядем ли". В этот момент в кабине находилась бортпроводница, которая отреагировала на реплику пилота вопросом "Да?". Слышны слова неустановленного абонента (позже станет известно, что это был директор диппротокола МИД Польши Мариуш Казана): "А если мы не сядем, тогда что?" "Упадем", - мрачно пошутил командир, еще не зная, что этому печальному прогнозу суждено сбыться всего через 23 минуты. Казана поинтересовался наличием топлива. "У нас около 13-12,5 тонны", - ответил штурман.

На часах 10.19. Командир президентского борта решил продолжать движение к Смоленску. "Мы подойдем и посмотрим", - говорит он, имея в виду наличие тумана. "Подойдем и посмотрим", - вторит ему второй пилот.

До катастрофы 21 минута. Но пока все идет по плану. "Арусь, ремни застегиваем?" - спрашивает командира бортпроводник. Тот подтверждает: "Ремни застегиваем". Через две минуты в кабину пилотов вновь заходит Казана: "Господин капитан, когда вы уже приземлитесь (далее неразборчиво), могу ли я спросить?"

"Пожалуйста", - вежливо отвечает командир корабля. Но конкретного ответа не дает. "Будем говорить по-русски?" - неожuданно интересуется штурман. "Да", - отвечает капитан.

В 10.23 он сообщил диспетчеру в Смоленске, что приступает к снижению. Тот запросил борт 101 о наличии топлива. "Осталось 11 тонн", - передал на землю командир. "А запасной аэродром у вас какой?" - продолжал выяснять диспетчер. "Витeбск, Минск", - ответил капитан.

До катастрофы - 17 минут. Диспетчер сообщил, что в районе аэродрома видимость 400 метров. Его просят дать метеоусловия - температуру и давление. В этот момент к разговору подключается командир другого борта, совершившего посадку в Смоленске с позывными "044". "Мы приветствуем тебя сердечно. Ты знаешь. В общих чертах здесь полный каюк. Видно метров 400 приблизительно, и по нашему вкусу высота нижней кромки облаков меньше 50 метров значительно", - передал он. В этот момент звучит голос смоленского диспетчера. Он диктует: "Температура плюс два, давление 745, условий для приема нет".

"Спасибо, ну, если возможно, попробуем подход, но если не будет погоды, тогда отойдем на второй круг", - вежливо сообщил о своих планах командир борта президента Польши.

Тем временем второй пилот продолжает расспрашивать своего коллегу, уже совершившего посадку в Смоленске, о том, как они проскочили. "Ну нам повезло в последний момент сесть. Но честно скажу, что можете попробовать, конечно. Но если у вас не получится во второй раз, тогда предлагаю вам лететь, например, в Москву или куда-нибудь", - поделился тот своими соображениями.

"Борт 101, после контрольного захода у вас топлива хватит на запасной?" - снова звучит голос диспетчера.
"Хватит", - уверенно отвечает капитан и просит разрешение на дальнейшее снижение. И получает согласие.
В 10.25 в кабине вновь появился Казана. Он о чем-то расспрашивает экипаж, однако его слова расшифровать не удалось - в этом месте запись неразборчива. Однако хорошо слышен ответ второго пилота: "На их взгляд, примерно 400 метров видно, нижняя кромка 50 метров". Собеседник спрашивает, сел ли вылетевший ранее самолет в Смоленске. Получает утвердительный ответ.

В 10.26 командир корабля произносит ключевую фразу: "Господин директор, появился туман. В данный момент в тех условиях, которые сейчас есть, мы сесть не можем. Попробуем подойти, сделаем один заход, но скорее всего ничего из этого не получится". Что ему говорят в ответ, не слышно. Но командир продолжает: "Если окажется (далее неразборчиво), тогда что будем делать?" И снова тревожно: "Топлива нам так много не хватит для того (далее неразборчиво)".

Вновь к разговору подключается Казана. Он спрашивает о запасном аэродроме. Ему сообщают, что это Минск или Витeбск. Самолет продолжает снижение. Высота 600 метров. "Спроси у Артура, толстые ли эти облака", - звучит голос капитана. Артур - судя по всему, пилот того самолета, который сел в Смоленске. Ответ неутешительный. "Насколько мы помним, на 500 метрах мы еще были над тучами", - говорит собеседник с позывными "044".

"Спроси, прилетели уже русские?" - обращается ко второму пилоту командир.
"Ил два раза уходил и, кажется, куда-то улетел", - отвечает "044".

Время 10.30. До катастрофы 11 минут. Лайнер идет на посадку. "Пока нет решения президента, что дальше делать", - говорит Казана. Похоже, в этот момент Лех Качиньский принимает роковое решение о посадке. Командир подтверждает штурману, что получено разрешение на снижение до высоты круга. "Самое плохое там, что есть дыра, там тучи и появился туман", - подключается к разговору второй пилот.

На пленке дальнейшие переговоры командира корабля с директором Казаной звучат неразборчиво. Но очевидно, что пилотам дана команда попробовать сесть.

В 10.34 второй пилот сообщает о снижении до 400 метров. Выпущены шасси. Вокруг густой серый туман. Звучит предупреждающий сигнал автоматики.
В 10.35 бортпроводник докладывает: "Командир, борт к посадке готов".
"Борт 101, выполняйте третий, радиальное 19", - предлагает диспетчер.
Еще через минуту он предупреждает: "Польский 101, от 100 метров быть готовым к уходу на второй круг".

"Так точно", - лаконично отвечает капитан.

10.38. До аэродрома остается полмили. На борту все спокойно. Отдаются только технические команды, связанные с посадкой. Через минуту в кабине слышен голос главкома польских ВВС генерала Анджея Бласика. Он читает какую-то инструкцию: "Механизация крыла предназначена для (далее неразборчиво)". Кроме генерала в кабине находится директор Казана, но то, что он говорит, звучит неразборчиво. До катастрофы остается две минуты.

10.39. Звучит сигнал тревоги, предупреждающий об опасном сближении с землей. Но экипаж не обращает на это внимания. В 10.40 впервые срабатывает система TAWS, - она сообщает: "Впереди земля". Высота 250 метров. Еще через 30 секунд снова сигнал "впереди земля". Но командир продолжает снижаться. Штурман фиксирует потерю высоты: 200 метров, 150 метров, 100 метров. "Впереди земля", - продолжает бесперебойно сообщать автоматика. Но снижение не прекращается.

Штурман: "90 метров".

Система TAWS требует: "Немедленно наберите высоту". Время 10.40.
Штурман хладнокровно сообщает: "Высота 80 метров".
"Уходим"
, - не выдерживают нервы у второго пилота. На записи слышно, что автоматика в кабине буквально взбесилась. Штурман продолжает отсчет: "60 метров, 50 метров, 40 метров".
"Наберите высоту", - требует система TAWS. Вокруг ни одного просвета в облаках. "30 метров", - взволнованно сообщает штурман. "20 метров". В кабине непрерывно звучат сигналы автоматики, предупреждающие о смертельной опасности. Летчики молчат.

В 10.41 бортовые самописцы зафиксировали шум от столкновения самолета с лесным массивом. Слышен крик второго пилота "кyрва". Диспетчер еще пытается в последний момент спасти ситуацию. "Уход на второй круг", - кричит отчаянно он. И еще через секунду жуткий крик находившегося в кабине пилотов директора Казаны: "Кyрвааааа...".

На этом запись прерывается. На часах 10 часов 41 минута 05 секунд.





Последние записи в журнале


Buy for 190 tokens
В субботу пришло сообщение, что в Германии уже не только юридически, но и физически ограничили «Газпрому» доступ к газопроводу OPAL, чтобы помешать поставкам газа через «Северный поток» OPAL - южное ответвление, вдоль польской границы. "Газпром" обеспечивает…

  • 1
Червонец, там в Питере метро взорвали, а та какую-то фигню постишь. Давай пост про то как хохлы/игил/фсб/чечены метро взорвали.

только поляки никак не могут принять эти причины

Понятно что именно поляки не сахар с халвой , но вот так обвинять всех подряд негоже.

Re: только поляки никак не могут принять эти причины

а как написать?

"польские власти"?

так у них власти уже несколько раз сменились и все тоже

А давайте вспомним зачем в тот день Поляки к нам летели.

Говорят фрау собирается в Москву , неплохо бы ей запасной аэродром назначить в Смоленске )

Скучно стало на Западе, Рашку почти не ругают, все заняты своими разборками, вот поляки для поддержки разговора и вякнули. Чтобы так сказать, не ослаблять накал борьбы.

Да, вот что: надо же замять обстановку вокруг гранатометного выстрела холопов по посольству, а то их опять бить начнут, а холопы еще пригодятся. Вот и перенаправили.

Экипаж президентского самолета в августе 2008 года отказался лететь в закрытое воздушное пространство и посадил самолет в Армении. Против экипажа возбудили уголовное, едва не посадили и выкинули с работы.

Похожая со смоленской история у нас была с генералом Лебедем. Генерал заставил экипаж опасно сблизиться с ЛЭП, в результате чего вертолет задел ЛЭП и упал, сам генерал погиб, экипаж получил приговор суда за невыполнение мер безопасности, приведших к гибели людей.

В обоих случаях пренебрежение опасностью ради только того, что не вызвать гнев начальства.

Поляки с хохлами - точно родня! Умственная, судя по украинским персонажам на нашем ТВ!

Диспетчер должен был заранее и чётко запретить посадку на своем аэродроме в связи с туманом.

Виноват командующий ВВС - не дочитал лётчику инструкцию по посадке.
Слишком до"уя командиров за одним штурвалом. "Курва" - это про них.

  • 1