Червонец Андрюха (chervonec_001) wrote,
Червонец Андрюха
chervonec_001

Онлайн конференция. Текстовка 2/4

26:48-28:03

А. Разумовский: Вопрос от Шимонаева Александра: «Есть ли новая экономическая модель нашего общества? Можно ли начать воплощать её в жизнь, не дожидаясь краха системы? Имеет ли смысл войти в Думу для продвижения своей линии?»
Кстати, вопрос об участии в думских выборах и выборах вообще задают очень многие, Игорь Иванович.

И. Стрелков: Я думаю, что Вам следует ответить на этот вопрос, Андрей, поскольку по экономике Вы посильнее немножко, чем я, всё-таки.

А. Разумовский: Что касается экономических моделей, то, в рамках уже существующего состава Комитета 25 января, мы их обсуждаем несколько, потому что Комитет — будущий альянс, то есть, сообщество людей самых разных взглядов, от либеральных до, в принципе, левых, социалистических и даже коммунистических, представляет собой коллектив людей, которые по-разному смотрят, в том числе, на экономические модели.

У нас сейчас в активнейшей фазе формирование подкомитета по экономике. И именно он, будучи экспертным органом непосредственно Комитета, и занимается выработкой, собственно говоря, подходов, концепций и, в конечном счёте, программы или программ. И вот, в случае с экономикой, я думаю, что у нас, если всё получится, программ будет несколько, она не будет одна. Тем более, что и сценарий развития, и социально-экономический сценарий, и прочие сценарии — они могут быть различны, в зависимости от того, как будет, с какой интенсивностью, с какими сроками развиваться, собственно говоря, кризис, который мы все предвидим, прогнозируем, и к которому пытаемся приготовиться.

Поэтому экономические модели, безусловно, будут сформулированы в виде программ. Эти программы далее будут транслироваться в виде официальных заявлений, другим каким-то образом формализованы в документах и в позиции Комитета и доводиться до широкой публики через собственные информационные ресурсы и посредством различных пиар-акций.

А что касается «воплощать в жизнь, не дожидаясь никакого краха», то я считаю, что это абсолютная утопия, и, собственно говоря, к какой-то деятельности позитивного свойства, а именно, не только формулирования, но и какого-то строительства — к этой деятельности нужно приступить только в пост-[***] период, когда уже, к сожалению, те негативные вещи, о которых мы говорим, которые прогнозируем, случатся.

Что касается выборов, Игорь Иванович, то я думаю, что здесь лучше Вы.

30:51

И. Стрелков: Скажем так, не стоит, всё-таки, манкировать тем опытом, который у меня был по линии моей службы. Достаточно хорошо знаю нашу внутриполитическую систему, пусть не изнутри, но, скажем так, с позиции гос. служащего, который мог её наблюдать достаточно подробно. Никаких вариантов, просто никаких, для проникновения во власть и для её изменения изнутри, действительно патриотически настроенным людям, или просто честным людям, она не даёт.
Ещё даже до середины «нулевых» были какие-то варианты, которые позволяли проходить в Думу, попадать, хотя бы во власть представительную, людям с идеями и с идеологией, отличной от набивания кармана или, там, решения других личных, материальных или корпоративных интересов. Сейчас такой возможности нет. Система закостенела, и изменена таким путём быть просто не может.

Если бы обладали достаточно серьёзными ресурсами, по-настоящему большими, теоретически мы могли бы, конечно, попытаться покричать погромче, использовать выборную площадку для пропаганды своих идей, истратить на это кучу денег, в итоге пролететь, но, тем не менее, стать немного более известными среди более широких масс граждан. Но таких ресурсов у нас нет, и пытаться разбросать то, что у нас немного имеется, на симулякрах выборов, мы не собираемся. Это бессмысленно, и в нашей ситуации просто глупо.

32:50

Поэтому на выборы в Думу мы точно не собираемся, не пойдём ни каким образом. Будем ли мы кого-то поддерживать на выборах — это мы будем решать на отдельных совещаниях, ближе к делу. Пока никого мы поддерживать не собираемся. Хотя бы потому, что не видим, опять же, никаких сил, которые… Нет, ну, нашими бы услугами, допустим, кто-то, наверное, воспользовался бы, и даже моим авторитетом, такие предложения поступали.

Я не стану скрывать, мне лично предлагали, мне лично — не в рамках Комитета, а как Стрелкову — предлагали идти по партийным спискам, причём, как ни смешно, от КПРФ, одно из предложений было. (смеётся) То есть, мне, монархисту, КПРФ готова была предоставить думское кресло в рамках своей фракции, причём, с гарантией прохода. Но бросать свой негустой авторитет на чужие нужды, взамен на кресло, я считаю и морально нечистоплотным, и бессмысленным, с точки зрения дела.
Поэтому вопрос, ещё раз, о Думе — нет. Не планируем. Если что-то там, гром грянет, какие-то там ультра изменения произойдёт — будем смотреть. Пока этого не предвидится.

34:08

А. Разумовский: Игорь Иванович, я добавлю несколько слов, именно, выражая консолидированную позицию Комитета, которая есть на сегодняшний день. Игорь Иванович уже сказал о том, что нынешний политический процесс в современной Российской Федерации — это не что иное, как симулякр. Собственно, политики, как конкурентной борьбы, на сегодняшний день, действительно, нет как таковой. И политики как таковой нет.

Соответственно, участие в выборах, то или иное, самого Комитета, помимо всего прочего, оно просто-напросто позволило бы легитимировать тот симулякр, который на сегодняшний день в стране существует, и который будет воплощаться в 2016 году, если система устоит, то планируется сделать, совершенно спокойно, и в 2018 году. Смысла легитимировать вот это безобразие, этот симулякр, Комитет на сегодняшний день для себя не видит.

35:13

И. Стрелков: Тут ещё вопрос Федоровского Александра в отношении международного дискуссионного клуба в Праге, провести подобную конференцию. Никаких возражений у нас нет. Организовывайте — проведём. В конце концов, если мы открыто выражаем такие (вещи), смело, внутри страны, то почему мы должны стесняться? Ничего мы нового не скажем.
Я предлагаю подключить Федоровского Александра.

Александр: Добрый вечер. Хочу прокомментировать по поводу внутренней безопасности. Я очень рад видеть лицо коллеги Разумовского. Всё очень жёстко обстоит, могу это сказать на собственном опыте. Поэтому пока Комитету лазутчики не грозят.

Игорь Иванович и коллега Разумовский, что-то нужно всё-таки… Не участвовать в выборах — разумеется, это дискредитация, а вот сущность режима и этих неосионистов нужно, конечно же, объяснять, раскрывать. Я думаю, что нужно создавать подразделение по информационной работе с населением, может быть, позднее он будет несколько иначе называться. Потому что грязь-то скоро пойдёт.

Следовательно, нужно создавать очень прочное подразделение, которое будет заниматься именно информационной и, прямо скажем, противо- (ну, я не хочу употреблять слово пропаганда, но, на самом деле, это и есть), контрпропагандистской деятельностью, для нейтрализации. Потому что нападки будут, без всякого сомнения. Как только в комитете увидят серьёзную силу, пойдёт грязь и прочее.

Я буду очень короток в этом смысле. Спасибо за поддержку идеи видеоконференции в Праге, я думаю, что это будет одной из таких, хороших, информационных акций. И суть вопроса состояла именно в создании подразделения по информационной работе и, конечно же, по налаживанию международных связей. Суть этого режима такова, что они иногда быстрее реагируют на то, что о них пишут за рубежом, нежели на то, что о них говорят внутри. Подумайте об этом, хорошо?


И. Стрелков: Хорошо. Мы об этом подумаем.

Александр: И прямо скажу, что у меня большой опыт, и я готов им поделиться.

И. Стрелков: Сейчас у нас написал Анатолий Несмиян. Все видите его? Но на всякий случай продублирую: «В эту субботу [***] Северо-Западное отделение Комитета. Пока записалось порядка пятидесяти человек… После того, как оно будет создано, я передам информацию на сайт [***]».

А. Разумовский: Игорь Иванович, если можно, я немножко добавлю к реплике Александра Федоровского. Всё, что касается информационной работы, начиная от классической журналистской, публицистической работы, и вплоть до пиара и, если угодно, пропаганды, естественно, что это всё есть в планах работы, и по мере сил и возможностей мы это реализуем.
Среди подкомитетов создан соответствующий подкомитет именно по информационной работе. На сегодняшний день мы ограничены исключительно только одним — это недостатком ресурсов. Потому что серьёзная информационна работа предполагает и пропорционально серьёзные ресурсы, а мы, к сожалению, в этом плане ограничены.

То, что касается международных связей: у нас создан профильный подкомитет по внешней политике и международным отношениям. Соответственно, все, кто является экспертом в этой области и, соответственно, может принести непосредственную пользу на этом направлении, особенно те, кто находится за пределами России и обладает определёнными возможностями, ресурсами — милости просим, давайте формировать повестку работы подкомитета и её воплощать в жизнь.

40:58

И в дополнение, Игорь Иванович, я сразу задам вопрос, который был прислан до сегодняшней конференции от нашего коллеги из Польши, подчёркиваю: из Польши, причём, насколько я понимаю, он является сам этническим поляком.

Серовский спрашивает: «Есть ли у вас отработанные методы сотрудничества с представителями из-за рубежа?» Ну, и другой вопрос немножко другого порядка: «Как Вы думаете, весенние большие манёвры в Польше «Анаконда-16» представляют угрозу для Новороссии?»

41:36

И. Стрелков: Ну, я думаю, что полякам надо скорее готовиться к тому, чтобы брать под контроль определённую территорию, которую они считают своей, на западе Украины. Я пошучу: может быть, имело бы смысл нам с поляками всё-таки помириться на разделе Украины? Три раздела Польши было, четыре, вернее. Всё-таки, разделов Украины тоже было немало, и делили мы её именно с поляками. Надо вернуться, на мой взгляд, к опыту XVII века.

Как таковой, угрозы польской военной интервенции на Украине… Теоретически, может быть всё. То есть, что выкинут американцы, под дудку которых пляшут и Киев, и Варшава, я не знаю. Но это будет жуткая авантюра и большая война, которая… Будем надеяться, что полякам всё-таки хватит ума очередной раз не вляпаться в дерьмо, как они вляпались с Пилсудским в 19-20 году, когда тоже участвовали в разделе, и в итоге всё это кончилось, как Вы знаете, тридцать девятым годом.

Учения? Россия тоже постоянно проводит военные учения. Сами по себе военные учения никому не угрожают, это просто демонстрация мускулов. Я, честно говоря, не обращаю особого внимания на военные учения. Военные обязаны учиться, и обязаны составлять планы, как они будут воевать друг с другом. Всё решение за политиками, а не за военными, в данном вопросе. И за польскими, и за киевскими, и за вашингтонскими, и за кремлёвскими. Всё, что могу ответить.

43:21

А. Разумовский: Игорь Иванович, я хочу добавить для ясности по поводу сотрудничества с представителями из-за рубежа, потому что такие вопросы задавались и, уверен, будут задаваться. У нас нет ограничений по членству в Комитете применительно к гражданству. У нас нет ограничений, что членом Комитета может быть исключительно гражданин Российской Федерации. На сегодня у нас есть заявления о вступлении в Комитет и из Польши, и из Прибалтики, с Украины.

Поэтому наличие гражданства другого государства не является препятствием. А уж тем более, если мы вспомним, насколько рассеяны по миру те же самые этнические русские, то здесь ни в коей мере мы не ограничиваем членство в Комитете наличием паспорта того или иного государства, поэтому, имейте это в виду.

44:17

И. Стрелков: Сразу я отвечу на вопрос, вернее, на реплику Сапрыкина Юрия: «Большая просьба, ту работу, которую проводит Анатолий Несмиян в Санкт-Петербурге, наконец начать проводить в Москве. Он уже собирал вживую людей, и собирается ещё одно собрание проводить».

Юрий, Вы просто не совсем понимаете, что Анатолий Несмиян в Санкт-Петербурге ведает вопросом только (причём, инициативно, за что ему поклон, он вообще очень активно работает), только вопросом одного Санкт-Петербурга. У нас, к сожалению, у штаба Комитета 25 января и ОД Новороссия (я в одном лице, не забудьте, совмещаю) — у нас немножко охват шире. Вот у нас сейчас график, с Андреем Разумовским, расписан на две недели вперёд. И на каждый день по несколько записей, где нам надо присутствовать, в чём надо участвовать. Кроме того, масса внеплановых встреч.

Это не так легко, как Вам кажется, сделать в этом графике, собрать очередное мероприятие. Кроме того, у нас два раза в неделю, примерно, но не реже одного, проходят совещания Совета учредителей, которые отнимают, на самом деле, массу времени, на которых решаются концептуальные вопросы. Мы можем, конечно, собрать сторонников 25 января в любом зале, в любом количестве. Но, как сказать, я думаю, что мы это сделаем, всё-таки, второго мая. Собственно говоря, смотр наших сил и должен состояться второго мая, кто к нам придёт, на данное мероприятие, и мы планируем это совместить. Объём работы у нас достаточно большой, мы не сидим, не груши околачиваем. Поймите правильно, редко-редко я приезжаю домой раньше десяти-одиннадцати вечера.

46:18

А. Разумовский: Следующий вопрос от Овчинникова Алексея. Я буду зачитывать, и попрошу ответить сначала Игоря Ивановича, потом — Максима Калашникова. «Считает ли Комитет необходимым составлять альянс либо сотрудничать с многочисленными разрозненными группами и персонами, в большей степени разделяющими ваши и мои лично взгляды, например, Центр Сулакшина, «Анна ньюс» — Марат Мусин, Катасонов, Делягин, Глазьев и т. д.

И. Стрелков: Ну, я думаю, по порядку, да? Значит, я начну с Марата Мусина. С Маратом Мазитовичем я знаком, дай Бог память, уж лет пятнадцать, так это точно, наверное, я думаю, даже и больше. Ну, во-первых, он просто не вылезает из Сирии, а во-вторых — если он присоединится к Комитету 25 января, то он, наоборот, вылетит из Сирии, я так думаю, и лишится куска хлеба, а для него это актуально. Я знаю проблемы Марата Мазитовича, к сожалению, немного больше, чем многие, поскольку, действительно, с ним плотно знаком… Я с ним общаюсь. Он в целом разделяет наши взгляды, но вступить он к нам не может по причинам того, что мы не можем его устроить на работу.

Дальше. Что касается Катасонова. Катасонов ведёт себя очень осторожно. Он тоже дорожит своей позицией экономиста, пусть и оппозиционного, но серьёзного, которого пускают на телевидение. Те, кто вступил в комитет 25 января, на данный момент полностью, фактически (за исключением Лимонова, но он от нас уже выскочил), оказываются персонами нон-грата в любых СМИ. Катасонов на это пойти не готов.

С Сулакшиным у нас общение по телефону, и у нас запланирована с ним встреча в ближайшее время. Он вряд ли, то есть, с вероятностью 90%, войдёт в Комитет 25 января, по одной простой причине: Сулакшин имеет собственные планы и амбиции в политической области. Я «амбиции» имею в виду не в негативном духе. Он планирует, действительно, создать партию нового типа, он и меня тоже хотел привлечь к её созданию, и пока он её не создаст, он вряд ли войдёт в наш альянс.
Тем более, что он человек пожилой, это тоже надо понимать, человек другой закалки, он намного старше нас, человек другой системы. И для него, допустим, общение с некоторыми членами Комитета представляется крайне нежелательным, он негативно относится ко многим. Сотрудничать мы будем 100% с ним.

Также мы будем сотрудничать, я уверен, с Юрием Болдыревым. Мы с Юрием Юрьевичем прекрасно поговорили на Московском экономическом форуме. Очень хорошо поговорили, и я думаю, что будем работать, но тоже он вряд ли войдёт в Комитет. И потом, поймите, не все, кто нам сочувствует, могут к нам присоединиться, именно потому, что у них свои позиции в вопросах.

Делягин отказался, к сожалению, от сотрудничества с нами, категорически. В данном случае причина неизвестна. В общем, мы готовы для сотрудничества со всеми, ворота открыты, мы готовы на очень серьёзные компромиссы со всеми людьми. Будем работать.

Полагаю, что именно то, что я уже отметил: по мере ухудшения ситуации в стране возможность компромисса с самыми разными патриотическими группами, партиями, движениями и отдельными людьми будет только… Динамика будет положительная, всё более и более.

50:15

М. Калашников: Я немножко добавлю. Я хочу сказать, что многие из тех, кто на виду и на слуху, они все имеют какие-то источники финансирования, они зависят от некоторых спонсоров. Поэтому они вступить в Комитет 25 января открыто не могут. Понятно, что у них будет обрублен чисто материальный источник существования. Все не питаются манной небесной. Комитет 25 января — это, всё-таки, координационный [***], взаимосвязи мы всё равно простраиваем. А сейчас, естественно, из Комитета 25 января сделали что-то страшное такое, жупел, пугало. И понятно, что некоторые, из неких тактических соображений, на сотрудничество, на прямое участие в нём не идут. Однако на неформальном уровне связи всё равно сохраняются.

Ну что ж, я думаю, что время всё равно работает на нас, кризис будет углубляться, и, в общем, неформальные связи превратятся, скажем так, в более зримые. Поверьте, мы действительно открыты, не собираемся превращаться в некий, там, закрытый клуб. Так что, работаем.

51:30

А. Разумовский: Максим, вот как раз о развитии пришёл от Юрьева Дениса вопрос: «На ваш взгляд, на какие ресурсы, материально-техническую базу и прочее, в дальнейшем собирается опираться деятельность комитета? Помимо мизерных пожертвований и человеческого ресурса, который представлен, преимущественно, интернет-сообществом?

М. Калашников: Ну, давайте чисто теоретически порассуждаем, на кого вообще может опираться третья сила. Первые две силы опираются, понятно, на государственную бюрократию, на тех, кто рулит финансовыми потоками, на тех, кто больше всего выиграл вообще, в том числе, [***] попали остатки России, Российской Федерации. Рассчитывать, что нас будут финансировать банкиры, силовики, наверное, не стоит, во всяком случае, пока.

Думаю, что третья сила должна опираться, прежде всего, на национальных промышленников и аграриев, на тот самый реальный сектор, который сейчас находится также в угнетённом положении. Пока это всё, что я могу сказать.

52:50

А. Разумовский: Я задам вопрос из тех, которые были присланы нашими соратниками до онлайн-конференции, и позволю себе задать пару достаточно провокационных вопросов. Вопрос первый, это и для Игоря Ивановича, и для Максима: «Что из опыта «революции» на Украине 13-14 годов транспортабельно на российскую почву?» Вопрос задан Алексей Корнилов.

М. Калашников: Из отрицательного опыта?

А. Разумовский: Отрицательный опыт — тоже опыт.

М. Калашников: Я думаю, что первый урок, какой можно вынести, без организации — это смерть. Без организации ничего не будет, рассчитывать на какое-то спонтанное движение у нас просто не возможно. Но поймите, у нас природа… Мы-то, вошедшие в Комитет 25 января, мы, на самом деле, реакционеры, мы очень не любим революций, которые разрушают страны целые.

Понимаете, в чём дело? Комитет 25 января создан для того, чтобы быть пожарной командой, на самый страшный случай, если здесь экономический кризис перерастёт в политическую смуту. Мы просто знаем, что такое революция, и по истории, и на своём личном опыте. Если случится самое страшное, надо побыстрее свернуть шею революционерам. Тем, кто, как говорится… Разрушителям. Я думаю, что я просто повторяю те основные принципы, на которых был основан Комитет 25 января.

54:48

А. Разумовский: Второй вопрос, тоже из категории провокационных, от того же Алексея Корнилова: «Ваше отношение к максиме «революции не делают в белых перчатках»?».

И. Стрелков: Ну, я так понимаю, что отвечать на этот вопрос мне. Поскольку главный по перчаткам и плащу и кинжалу — это я. Мы не собираемся, как правильно Максим сказал, делать революцию. Мы видим, что переворот, или даже революцию, как оно развернётся, готовят либералы. Причём, значительная часть из них окопалась в самой власти.

Они готовятся переформатировать власть ещё более под себя. У них и так всё хорошо, но им по многим причинам, в том числе, и экономическим, и в том числе, экономическим партнёров наших западных, дорогих, требуется ещё более её под себя переформатировать. Они это собираются делать чётко по тем программам и лекалам, которые хорошо зарекомендовали себя в Югославии, на Украине и далее везде, как говорится, во многих местах.

А мы готовимся просто к этому моменту, практически, как мы думаем, неизбежному уже, с учётом поведения нашего гаранта, который упорно игнорирует чужой опыт, и собирается сам станцевать на граблях, на которых до него оттанцевались другие. Поэтому, мы откровенно готовимся, скорее, к контрреволюции. Пока мы формируем тот костяк, который нам будет необходим, тот управляющий кадрированный резерв, если так можно выразиться. Котрый будет противодействовать их революции, и постарается скорректировать их планы, как минимум. А лучше вообще разрушить.
Естественно, если дойдёт дело до попытки переворота, никто особо не собирается белые перчатки употреблять, тем более, я. Я, простите, оперативником и начальником оперативно-боевого подразделения пять лет в Чечне проработал. Кто знает, тот знает, что это такое. И не на самом плохом счету там был в этом отношении.

Ну, а уж и в Славянске, и в Донецке тоже как-то перчатки, если и белые, то сильно в пятнышках красных, уж извините за такую фразу. Все всё понимают. Никто себе иллюзий не строит. Но мы не собираемся влезать на броневик и орать загодя, задолго до того, как всё начнётся, иначе это будет [***], я подчёркиваю, что мы собираемся сделать. Нам быстро приклеят статью «Изменение конституционного строя насильственным путём», и всё.

Поэтому, Вы уж поверьте, что мы тут не глупцы, не нерешительные, не мямли. Достаточно серьёзные, решительные мы все люди. Просто язык надо соизмерять с мозгами. Язык должен подчиняться мозгам, а не наоборот.

57:56

М. Калашников: Игорь Иванович, позвольте немножко добавить. Я хочу обратить ваше внимание, что революции, которые мы с вами уже видели, вернее, переживали на своём личном опыте, они все заключаются в том, что народные массы кто-то использует, какая-то сила. Как правило, это часть высшего класса, правящего, которая хочет поменять старую верхушку — совсем верхушку, а народ использует как таран. Как прикрытие для верхушечного переворота. Это было и в 17-м году, это было и в 91-м, это было и на Украине в 2014 году.

Так что, если революция грянет, если политическая смута грянет в Российской Федерации, она пойдёт по такому же сценарию. Людей, как всегда, используют. Ну, вы помните знаменитую гравюру Гюстава Доре, где погибшие в революцию поднимаются из могил и стоят на фоне могильных камней, смотрят на то, что получилось: «Господи, ну, если бы мы знали, что получится, мы бы не выходили на улицы». К сожалению, знаете, как женщина после родов — наверное, у неё включаются защитные механизмы — забывает о многих неприятностях, болевых ощущениях, так же, видимо, у народов отключается память, что случается в революции.

Поскольку возможная смута, возможный переворот в Российской Федерации может пройти по такому сценарию, мы, просто как реалисты, готовимся к тому, что если произойдёт (не дай Бог, конечно) некий верхушечный переворот, что называется, выступить пожарной командой, не допустить такого хаоса кровавого и распада Российской Федерации. [***] тому, что было в 91-м году, и как дорого заплатили мы за тот распад. Просто не хочется наступать на те же грабли. Лучше, что называется, подготовиться к этому моменту, и купировать, пресечь вот это хаотическое развитие ситуации.

А. Разумовский: Я позволю себе буквально пару слов добавить, потому что большую часть того, что я хотел сказать, сейчас только что высказал Максим Калашников. Но моя реплика обращена не к соратникам, а к тем, кто планирует поддержать либералов.

Давайте вспомним о том, что ни одно, подчёркиваю, ни одно требование майдана, киевского майдана, так и не было воплощено в жизнь. Ни одно. А какие последствия мы наблюдаем сейчас на Украине — какая разруха, руины, фактически — я думаю, что и комментировать уже ничего не нужно. Вот именно эта история, на мой взгляд, и будет благополучно транспортирована, опробована, и, скажем так, будет попытка сделать именно это здесь, на российской почве, если мы говорим о либеральном перевороте.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ



Tags: 25 января, Стрелков, интервью
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo chervonec_001 17:01, вчера 100
Buy for 190 tokens
Ярослав Качиньский заявил, что Россия, как и Германия, «должна заплатить» компенсацию за причинённый ущерб за годы Второй мировой войны «Германию и Россию нельзя сравнивать. В Берлине сидит демократически выбранное правительство, там действуют закон и мораль. О России…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments