Червонец Андрюха (chervonec_001) wrote,
Червонец Андрюха
chervonec_001

Categories:

Я служил в «Призраке». Часть вторая

Я служил в «Призраке». Часть первая
Я служил в «Призраке». Часть вторая
Я служил в «Призраке». Часть третья
Я служил в «Призраке». Часть четвертая


Продолжение интервью с ополченцем, проходившим службу в бригаде «Призрак», а затем в народной милиции Луганской Народной Республики с ноября 2014 года по сентябрь 2015 года.

*****

- Средний возраст ополченцев?

- Соцопрос я, конечно, не проводил, но из тех людей, с кем общался, большинство были старше 30 лет. Было немного и пожилых, в районе 50 лет. Моложе 22 лет никого не встречал.

- Примерное соотношение среди ополченцев местных и добровольцев из других стран?

- В нашем отряде ДКО (Добровольческий коммунистический отряд - прим.) было много приезжих, практически 85%. Остальные – местные. В других отрядах местных было больше, как мне кажется.



Добровольцы, кстати, были из разных стран. У нас, например, было много ребят из Германии. Это наши бывшие соотечественники, русские немцы, которые жили в Казахстане, а в 90-е уехали в Германию. Я был удивлен, что из сытой Германии приезжают не какие-нибудь безработные, а, например, преподаватель института. Отличный мужик.

- Ради чего он приехал на войну?

- Воевать за «русский мир».

- Были еще представители дальнего зарубежья?

- В «Призраке» было много европейцев: из Италии, из Испании. Даже были из Латинской Америки. Про их мотивацию точно не скажу, у них там в голове какая-то «че гевара» вечная с мировой революцией, коммунизмом во всем мире. Они именно поэтому и ехали в наш добровольческий коммунистический отряд: за идеями коммунизма, борьбы за народное благо, равенство, против олигархов и все в таком роде. И сейчас там иностранцы служат. Там на месте имеется специальный человек, который работает с иностранными организациями, помогающим попасть добровольцам на Донбасс.

- Как они себя проявили в военном отношении?

- Если честно, то толку от них немного, по-русски ведь не говорят. Например, когда я прибыл на Донбасс, то у нас было 5 испанцев, из которых русский знал только один. И то очень плохо. Английский тоже очень ломанный. С ними объясняться был такой геморрой, вы просто себе не представляете. Ставишь ему задачу и непонятно, понял он тебя, не понял… Их использовали, в основном, для нарядов в тылу, охранять что-нибудь. Они пробыли там недели три, потом один из этих испанцев погиб, а остальные всей группой уехали.


- Встречались ли вы с ополченцами, приехавшими воевать на Донбасс из других регионов Украины?

- Были такие. С Одессы много было, Кировоградской области, Харьковской, Херсонщины. Из Киева было два человека, а вот с Западной Украины не шли.

- Не было ли со стороны местного населения негативного отношения к ополченцам, приехавшим воевать из республик Кавказа?

- Мы все для местных были россиянами, о каком-то негативе к кавказцам ни разу не слышал.

- Была ли какая-либо разница в мотивации, стойкости в бою между местными ополченцами и добровольцами из других стран?

- Это не зависело от того местный ты или приезжий, зависело от конкретного человека, его качеств.

- Разделение на местный/приезжий, больше служил/меньше служил и связанные с этим особые права, такое было?

- Нет. Было разделение на тех, кто знает/умеет больше/меньше других. То есть разделение было по способностям.

- За деньгами в ополчение ехал кто-нибудь?

- Я с такими не встречался. Больше того, если бы в «Призраке» узнали, что кто-то там за деньгами приехал, то такой боец не задержался бы у нас и 10 минут. Выгнали бы.

- Знаменитых бурят видели?

- Казахов видел, киргизов видел, а вот бурят нет. Бред какой-то. Я в интернете время от времени читаю, что ополченцы на Донбассе были только для фона. Мол, основную работу сделали «отпускники», а потом пришли ополченцы и только пофотографировались. Я не могу говорить за всех, но в тех местах, где мне довелось быть, я никаких «отпускников» не видел. Новая «военторговская» техника была, но экипажи на ней были местные. Я во время Дебальцевской операции общался с «Чапаем», командиром танкистов из «Августа». Он говорил, что в его подразделении дефицит кадров, мне, мол, нужны танкисты. Если бы были какие-то отпускники, то какие были бы проблемы с экипажами танков? Просто бы их посадили и все.
Могу сказать, что видел под Дебальцево небольшой отряд «вагнеровцев». Отлично снаряженных, с техникой, но мне неизвестно принимали ли они участие в боевых действиях. Знаю, что три раза их техника подрывалась на минах. Танк, бронеавтомобиль «Выстрел» и еще что-то.

- Много было слухов о присутствии наемников в рядах украинских силовиков. Что об этом скажете?

- Кроме бронированного «КРАЗа» под Дебальцево, на котором были польские номера, я ничего свидетельствующего о наемниках не видел. Никто из моих знакомых никогда не видел ни мертвого, ни живого наемника с той стороны. Мне кажется, что все это байки.

- Какое у вас мнение о военном командовании ополченцев? Доверяли ли вы ему, считали ли командиров компетентными?

- Я могу сказать только за своего командира отряда. Мой командир был бывшим военным, за плечами которого была не одна война. Мне было важно, что он не «мясник», что он очень заботился о личном составе. Он никогда не отправлял людей куда-то наобум. Всегда досконально согласовывал план действий, узнавал, что и как, требовал надлежащих приказов. В общем, все делал по правилам. Нормальный, хороший мужик. Нам с ним повезло. Скажу честно, что не всем так повезло. Многим не повезло совсем.

- Взаимоотношения с командирами в ополчении: строгая подчиненность или «казачья вольница»?

- Это зависело от личных качеств командира. Если ты видишь, что человек нормальный, дров ломать не планирует, не подставит, в бой готов вести сам, пусть там особо в военном искусстве и не разбирается, то такого командира слушались.

- В тему командиров. Вы уже упоминали, что положительно относились к личности Мозгового. Что думаете о его гибели?



- Борисыч был простым нормальным мужиком. Естественно, что со своими заморочками, но не пафосным мудаком. Официальная версия его гибели: подрыв, организованный украинской ДРГ. Я этому не верю. Такой у меня будет ответ.

- Были ли в ополчении дисциплинарные наказания?

- В нашем отряде в них не было надобности, подобрались нормальные люди. Так было до Дебальцево. После, когда весь «Призрак» объединили в единое целое, были эксцессы. Приходилось кое-кого по подвалам закрывать для профилактики. Никаких телесных наказаний, как у казаков, никаких унижений не было.

- За сон на посту как наказывали?

- Взрывпакет под ноги кидали. Или прикладом по башке, если в каске. Командирам не сдавали, сам поймет, что в следующий раз так делать не надо.

- К казачьим формированиям как относитесь? Есть мнение, что данные формирования были не очень боеспособны.

- Казачество… Знаете, как там, на месте, казаков называют? Казачки. Этим все сказано.
Был у нас случай в Дебальцево. В центр поселка «8-е марта» въезжает «Урал» казачков с минометом «Сани». Откидывают они тент и начинают палить во все стороны из автоматов, пулемета, даже гранатомета: «Держитесь, «укропы»! Мы вас приехали бить!» А вокруг уже только наши сидят, бои уже прекратились почти. Постреляли и также быстро уехали. Вот потому и «казачки».

- Проблема пьянства в ополчении существует? Украинские военные часто пишут о своих «аватарах».

- До конца Дебальцевской операции никакой проблемы с пьянством в нашем отряде не было. Может, конечно, кто-то и употреблял, но тихонечко и в меру. Потом, когда в боевых действиях перестали принимать участие, пошло «обригаживание», стало понятно, что никуда уже не пойдем, то мотивация у людей исчезла, и проблема пьянства появилась. Оно не носило повального характера, но было.

- На «боевых» вообще не пили?

- Нет, это было исключено. Сами бы пьяницу наказали, ведь пьяный человек сам себе не хозяин, да еще и с оружием. Как с ним воевать? Исключено.

- Проводились ли награждения ополченцев наградами ЛНР и какое к ним было отношение: как к побрякушке или же как к настоящей боевой награде, которую можно с гордостью носить?

- Награду делает настоящей не тот факт, кто ее вручает, а тот факт, кому ее вручают. Если эту награду, какая бы она ни была, пусть даже из бумаги, вручают тем, кто ее заслужил, то ее ценят и очень уважают.



- Участвует ли армия ЛНР в организации жизни гражданского населения? Быть может выполняет какие-либо милицейские функции?

- Нет. Но после окончания боев под Дебальцево мы выезжали на патрулирование в серой зоне, где, среди прочих задач, ставилась и задача по пресечению мародерства, если таковое выявилось бы.

- Как произошел переход от бригады «Призрак» к народной милиции?

- Официально это состоялось 1 марта 2015 года. Я бы не хотел комментировать некоторые шероховатости, возникшие при этом переходе. Просто как-то состоялось совещание командиров, на котором нам объявили, что с 1 марта мы становимся таким-то территориальным батальоном народной милиции Луганской Народной Республики. Меня это сразу смутило: это что же, получается, будем таким же тербатом, как и с той стороны против нас воюют? Тогда нам пообещали, что дадут работать. Если бы сразу сказали, что будет в дальнейшем, то службу и продолжать не стал бы.

- Давайте поговорим о вашем противнике. Как сами называли украинских военнослужащих?

- «Укропы».

- Сильные и слабые стороны ВСУ?

- Сильная сторона… ммм… Пожалуй, это хорошие корректировщики артиллерии. Может они действовали только в том месте, где я сам находился, но по нам так точно били из 120-мм минометов, что казалось в ящик пива могут попасть. Может чуть запаздывали, что мы уйти, спрятаться успевали, но били чрезвычайно точно.



У украинцев было колоссальное преимущество в артиллерии и очень странно, что они его так неэффективно использовали или не использовали вообще. Это их сильная сторона.

Слабая сторона – низкий боевой дух либо его полное отсутствие.

Высокий боевой дух был только у спецподразделений или же разведки. Они действовали очень грамотно, профессионально и про них можно сказать, что это серьезный противник. Обычные же «вэсэушники» в контактный бой, как правило, старались не вступать. Если контактный бой завязывался, - а это дистанция 100-150 метров, - то они стремились ее отодвинуть хотя бы до 300 и оттуда уже работать. То есть ближнего боя, как такового, практически не было, потому что они его стремились избегать.

- Можете привести примеры успешных действий украинских спецподразделений?

- Мои хорошие товарищи, воевавшие в батальоне «Заря», рассказывали, что их разведка ходила под Дебальцево и под Чернухино, где два раза сталкивалась с украинскими ДРГ. Попадали в очень грамотные засады. Тактика там была следующая: наши разведчики натыкались на украинского наблюдателя, сидевшего впереди на посту, тот начинал уходить к своим, наши выдвигались за ним и тут их зажимали с флангов. Валили всех, в живых оставались лишь те, кто замыкающими шли и успевали отойти.

- Снайперы противника сильно досаждали?

- Нет. Может у меня сложилось неправильное мнение, но показалось, что снайперы противника были не очень. Мы брали в качестве трофеев несколько винтовок СВД, причем было видно, что они явно рабочие, с них стреляли, но когда я их пытался отстреливать, то оказалось, что они не были приведены к нормальному бою.

Когда я корректировал огонь артиллерии из здания управления станции Дебальцево-Сортировочное, то по нам вели огонь вражеские снайперы, но я бы не назвал его эффективным. Хотя у них была возможность вести огонь со 100% гарантией поражения. То есть либо мы не сталкивались с хорошими снайперами, либо все их снайперы вот так вот выглядят.

- Сталкивались ли с работой украинских средств РЭБ, радиоэлектронной разведки?

- Я не знаю, как выглядит работа РЭБ, поэтому не могу сказать противодействовали украинцы нам в этом плане или нет. Мобильная связь под Дебальцево работала плохонько, а наша радиосвязь всегда нормально.
Был случай, когда к нам на позиции приехала группа с РЛС «Аистенок», поработала. Через некоторое время в это место нам хорошо накидала украинская артиллерия. Может этот случай как-то свидетельствует о работе их РЭР.

- Как вы относитесь к украинским волонтерам, помогающим ВСУ снаряжением и продовольствием?

- В этом моменте я просто «вэсэушникам» завидую, так как с нашей стороны на Луганщине этого не было и в помине. Никакого волонтерского движения из местных не было, за исключением каких-нибудь сердобольных женщин, которые немного подкармливали какой-нибудь картошечкой. Все волонтеры, которые работали на Донбассе, были либо приезжими из России, либо работали дистанционно из России же.

- Покупали ли оружие, снаряжение, топливо у ВСУ?

- Я не знаю таких случаев, у нас, в принципе, все было. Может с боекомплектом были некоторые проблемы до Дебальцево, но после тамошних трофеев они полностью были решены.

- Были ли случаи договоренности с ВСУ в духе: вы не стреляете в нас на этом участке, мы не стреляем в вас?

- У нас таких случаев не было, но в моем подразделении служил парнишка, который до этого был в ДНР, в Марьинке. Он говорил, что там такие договоренности были: приходили к ним на позиции солдаты, вместе водочку кушали и договаривались, что стрелять не будут. Мол, даже если начальство приедет и повоевать потребует, то мы вас предупредим.

*****

Источник: twower в Я служил в «Призраке». Часть вторая


ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ





Tags: Донбасс, о былом, ополчение
Subscribe
Buy for 190 tokens
Итак, задержаны предполагаемые убийцы журналиста Павла Шеремета. Все пятеро, как один, оказались не какими-то там подозрительными кремлевскими наймитами и ватниками, а калиброванными патриотами, волонтерами, участниками «революции достоинства» и добровольцами АТО. То есть, теми самыми…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments